Всемогущий Тимур даже среди своих государственных забот порой вспоминал ничтожных смертных, привлекших когда-либо его благосклонное внимание. Вышло так, что Насреддин Афанди долго не приходил во дворец. Заскучал Тимур, недоставало ему остроумных шуток, и он послал за Афанди.
- Эй, слуги, - приказал повелитель вселенной. - Приведите мудреца! Кстати, отнесите ему угощение, да побогаче. Пусть поест, да и семье его не помешает отведать яств с нашего дастархана.
Двенадцать слуг, каждый с блюдом самых утонченных кушаний, бегом побежали через весь Самарканд к лачуге, где обитал со своим многочисленным семейством мудрец. Слуги принесли блюда и расставили их на глиняном возвышении:
- Эй, забавник, на поешь, - сказали слуги, - да поскорей. Мы принесли тебе всё повкуснее, чтобы ты, насытившись, обрёл быстроту ног и остроту слова. Давай! Тебя ждёт гроза миров!
Но Афанди даже не пошевельнулся, хотя в животе было пусто, как в сухом колодце, и тонкие ароматы кушаний щекотали обоняние.
Важно Афанди произнёс:
- Я не голоден. Бросьте все эти объедки моей собаке.
- Святотатство! - завопили слуги. - Как смеешь ты говорить такое! Вся эта пища - с дастархана самого повелителя. Откушав, он удостоил тебя, чтобы ты поел из того, что осталось на блюдах.
- Тсс. Ради Аллаха, говорите потише. Моя собака очень самолюбива, и если только она услышит, что вы принесли объедки, пусть даже с царского стола, она не соблаговолит даже понюхать блюда. И - ох - что я тогда буду делать! Узнает великий Тимур о поведении моей собачки, и не миновать ей виселицы.
