Туристы, путешествующие по одной, из среднеазиатских стран, осматривали достопримечательности восточного города.
На окраине населённого пункта они увидели сидящего на коврике и монотонно брынькающего по одной струне тронутого временем дутара, старца. Он был в чалме, потрепанном, и потерявшем цвет, халате. Смотрел старик куда-то вдаль и мурлыкал сам себе особенный мотив мелодии. Не надолго задержавшись возле живого восточного антиквара, туристы продолжили свою экскурсию в центр города. Там они уже издалека услышали шум восхищения толпы и необычно привлекательные звуки какого-то народного инструмента. Подойдя ближе, туристы обнаружили посередине площади молодого человека, одетого в яркие и красивые одежды. Юноша очень виртуозно играл на новеньком дутаре, перебирая ловкими пальцами все струны, манипулируя в руках инструментом, словно жонглёр. Создавалось впечатление, что этот добрый малый знает всё возможное о шоу-представлениях. Очарованные его выступлением туристы остались и дальше наслаждаться талантом музыканта. И только один из них отделился от группы и вернулся на окраину города.
Когда он подошёл к тому самому скучно брынькающему по струне старцу, то спросил его: «Уважаемый, там в центре города юноша на таком же инструменте, как у Вас, «вытворяет» такие пируэты… так многозвучно играет на домбре… так энергично двигается… Неужели Вы, имея за плечами большой жизненный опыт, не умеете того, что делает молодой музыкант?».
Старик продолжал играть ещё минут пять, словно, не замечая спрашивающего его человека. Потом сделал небольшую паузу и, сказав – «Юноша ищет, а я уже нашёл…», продолжил свое занятие.
