Изумлялись евреи, глядя на поле рабби Хия. Всё оно, от начала до конца было засеяно хлопчатником. А ведь рабби Хия слыл великим мудрецом, знатоком Торы. Когда он молился, врата небесные распахивались, и его молитвам внимал Всевышний. Стоило ему помолиться о ветре, как сразу же начинал дуть ветер, стоило помолиться о дожде, как на иссохшую землю обрушивался ливень. До его прихода из Вавилона, страну Израиль иссушали жестокие бури. Но как только рабби Хия поселился в Израиле, ни одной бури более не было. Стихии словно берегли его, а цветы расцветали в его присутствии. С чего вдруг такой мудрец засеял всё поле хлопчатником? Ладно бы овощами, это можно понять… Овощи-то едят. Но зачем рабби столько хлопка?
Когда коробочки хлопка созрели, люди удивились ещё больше. Вместо того, чтобы собранный хлопок продать подороже, рабби стал прясть из волокон крепкие нити и плести из них сети. Такие сети, какими пользуются охотники для ловли зверей. «Неужели рабби решил зарабатывать с продажи охотничьих снастей?» – перешептывались соседи. Но рабби Хия не стал продавать сети. Он пошёл в лес и развесил сети так, чтобы в них попалось животное.
И вот как-то раз в сетях запутался олень. Рабби Хия обрадовался добыче. Он зарезал оленя по еврейским правилам кашрута, и снял с него шкуру. «Надо же, – растерянно переговаривались жители посёлка, – столько работы ради того, чтобы съесть кусок мяса…» Но люди совсем неверно толковали его поступки.
В селении жила бедная вдова с ребятишками мал-мала-меньше. Она едва сводила концы с концами, чтобы прокормить детей. И рабби отнёс всю оленью тушу этой вдове. Наверняка её дети уже давно не ели мяса.
Рабби не стал дожидаться слов благодарности, он поскорее ушёл. Дома у него осталась шкура оленя. Ей то и занялся рабби Хия. Шкуру он долго вымачивал, чистил, обрабатывал, пока не сделал из неё настоящий пергамент. На таком пергаменте в те времена писали свитки Торы, Тфилина и Мезузы, а также и другие святые книги. И вот через несколько месяцев у рабби Хия уже скопилось большое количество пергамента, из шкур пойманных в сети оленей. И жители посёлка, вскоре, уже не удивлялись, видя рабби Хия, подолгу склонённым над пергаментом, он писал святые книги. Но таково уж дело праведников – изучать Тору и писать святые книги.
В ту пору не было печатных машин, и книги переписывались вручную. Это была тяжёлая работа, она требовала много времени и терпения. Этим-то и занимался рабби Хия. Какие же книги он переписывал? Это были главные святые книги, которые нужны каждому еврею: пять книг Торы и шесть книг Мишна. Мишна – это комментарии и дополнения к Торе. (Они так же получены от Моисея, но в устной форме). Долгое время Мишна передавалась устно из поколе-ния в поколение, от отца к сыну, от учителя к ученикам, пока мудрецы Израиля не решили записать всю Мишну. И получилось у них шесть книг. Сделали они это для того, чтобы еврейский народ не забыл Тору, находясь в изгнании – в галуте.
Каждую неделю книжный шкаф рабби Хия становился богаче. «Но у рабби есть и Пятикнижие, и Мишна, – шептались соседи, – за-чем же он снова и снова их переписывает? Чем он удивит на этот раз?» И вот, когда книг стало достаточно, рабби Хия закончил свою работу. Он упаковал книги, погрузил их на ослика и отправился в дальний путь.
Через несколько недель пришёл он в далёкую, забытую Богом деревушку, в которой жили простые евреи, никогда не учившие Тору. В деревне не было ни раввина, ни учителя. Мужчины с утра до вечера работали в поле, женщины хлопотали по дому, готовили пищу, а ребятишки целыми днями гуляли на улице. Они ни разу в жизни не видали, как выглядят буквы. Вравда в деревне, была маленькая старенькая синагога, в которой по субботам и праздникам собиралось несколько простодушных евреев и ими произносились молитвы.
Вот в этой синагоге и собрал рабби Хия еврейских детей. Посадил он их на две скамьи: на одну – детей постарше, на другую – маленьких. Раскрыл свой мешок и с трепетом в сердце вынул переписанные им святые книги. Малышам он раздал книги Торы, а старшим детям – книги Мишны. И стал раввин изо дня в день учить детей Торе. Делал он это с большим терпением, занимаясь с каждым индивидуально и со всеми вместе. Дети заворожено слушали его. Как жаждущий в пустыне ловит каждую каплю дождя, так и дети впитывали каждое его слово. Детям нравилось учиться, и вот они уже сами умели читать Тору, задавать учителю вопросы. Они очень полюбили эти уроки Торы.
Но однажды учитель стал собираться в дорогу. Дети окружили рабби и стали его просить:
– Дорогой учитель, не покидай нас, оставайся с нами!
– К сожалению, – ответил рабби Хия, – есть ещё много детей, которые, как и вы прежде, не познали вкус Торы. Я переживаю за них и должен помочь им. Рабби взял свой пустой мешок, оставив детям все святые книги.
Так рабби Хия снова и снова переписывал Тору и Мишну, добирался до самых отдалённых, глухих уголков Израиля и учил детей Торе. Вот такие великие дела совершал еврейский мудрец рабби Хия.
Перевод с иврита Риммы Лавочкиной
