[Восточные]   [Буддийские]   [Дзенские]   [Индийские]   [Суфийские]   [Адыгейские]   [Даосские]   [Хасидские]   [Индуистские]   [Еврейские]   [Греческие]   [Американские]   [Таджикские] 
 [Авторские]   [Юмористические]   [Стихотворные]   [Психологические]   [Христианские]   [Современные  [Армянские]   [Японские]   [Детские]   [Казахские]   [Каббалистические]   [Разные] 
Добавить в избранное Форум Главная страница Предыдущий-
Дао Пуха Содержание Следующий-
Как тесен мир!
Новости

07.02.2013
Появился новый раздел: Таджикские притчи!

05.01.2009
Изменили название раздела "Игровые притчи" на "Байки для души"!
TOP10
Взгляд в окно
Богатство
Серый кот
Ручка и Карандаш
Логика
Маленькие человечки...
Лебединая верность
Красавица
Достоинство
10 Безнадёжная
 30 первых..
Обсуждаются
О взаимоотношениях Тв...
Родник
Сказка о том, как роз...
Неблагодарный леопард
Нищий и Счастье
Архив
Последние 5 сообщений
 

Легенда о свитке

   Мы очутились посреди луга. Казалось, что вокруг нас плещется изумрудное озеро, заключённое в чашу из гор. В малиновых облаках пламенел закат. Швейцария, тут же решил я, мы приземлились на открытке с видом Швейцарии. В долине, среди деревьев были разбросаны домики с остроконечными крышами. По деревенской дороге тащилась телега. Её тянул не трактор и не лошадь, а животное, похожее издали на корову.
   Вдруг небо прорезал Свет и упал на руку старца, сидевшего у костра. Этот Свет обратился в свиток, на котором пламенели слова.
   - Жан Поль Леклерк, - представился старец.
   Поблизости не было ни души, а на лугу - ни дорожки, ни козьей тропки. Только озеро травы с васильками, да горы с заснеженными вершинами стояли безмолвным полукругом.
   - В моих руках бумага, - сказал старец. - Если выпустить эти слова в мир, их поймут и полюбят те, кто уже знает их истинность. Но перед тем, как подарить их миру, мы должны их как-то назвать. А это их погубит.
   - Разве дать название чему-то прекрасному - значит его погубить?
   Он удивленно посмотрел на меня:
   - Нет беды в том, что мы даем название какой-нибудь вещи. Но дать название этим идеям - значит создать новую религию.
   - Почему же?
   Он улыбнулся и протянул мне манускрипт.
   - Я вручаю этот свиток тебе...
   - Ричард, - подсказал я.
   - Я вручаю этот свиток, явленный самим светом любви, тебе, Ричард. Желаешь ли ты, в свой черед, отдать его миру, людям, жаждущим знать, что в нём написано, тем, кому не дана была высокая честь пребывать в этом месте, когда вручён был сей дар? Или ты хочешь оставить это писание лично для себя?
   - Конечно, я хочу отдать его людям!
   - А как ты назовёшь свой подарок человечеству?
   “Интересно, к чему он клонит, - подумал я. - Разве это важно?”
   - Если его не назовёшь ты, его назовут другие. Они назовут его “Книга Ричарда”.
   - Понимаю. Ладно. Мне все равно, как его назвать... Ну, хотя бы просто: "Свиток".
   - А будешь ли ты хранить и оберегать С_в_и_т_о_к? Или ты позволишь людям по-своему его переписывать, изменять то, что им непонятно, вычеркивать то, что им не по душе?
   - Нет! Никаких изменений. Эти слова даны нам Светом. Никаких изменений!
   - Ты уверен? А может, строчку там, строчку здесь - ради блага людского? “Многие этого не поймут?”, “Это может оскорбить?”, “Здесь неясно изложено?”
   - Никаких изменений.
   Он вопросительно поднял брови.
   - А кто ты таков, чтобы на этом настаивать?
   - Я был здесь в момент, когда они были даны, - ответил я. - Я видел, как они появились, видел сам!
   - Поэтому, - подытожил он, - ты стал Х_р_а_н_и_т_е_л_е_м С_в_и_т_к_а?
   - Почему именно я? Им может стать любой, если поклянётся ничего в нём не изменять.
   - Но кто-нибудь всё равно будет Х_р_а_н_и_т_е_л_е_м?
   - Кто-нибудь, наверное, будет.
   - Вот тут и начинают появляться служители святого С_в_и_т_к_а. Те, кто отдаёт свои жизни, чтобы защитить некий образ мыслей, становятся служителями этого образа. Однако появление новых мыслей, нового пути - это уже само по себе изменение, и оно приносит конец миру, сложившемуся до него.
   - В этом свитке нет угроз, - сказал я. - В нём любовь и свобода!
   - Но любовь и свобода - это конец страху и рабству.
   - Конечно! - Воскликнул я с досадой, к чему он клонит? Почему Лесли молчит? Разве она не согласна с тем, что это...
   - А те, кто живёт за счёт страха и рабства, - продолжал Леклерк, - обрадуются ли они, узнав об истинах, заключенных в этом С_в_и_т_к_е?
   - Наверное, нет, но мы не можем допустить, чтобы этот... Свет... Угас!
   - И ты обещаешь оберегать этот свет? - Спросил он.
   - Конечно!
   - А другие С_в_и_т_к_и_а_н_е, твои друзья, они тоже будут его защищать?
   - Да.
   - А если наживающиеся на страхе и рабстве убедят правителя этой земли в том, что ты опасен, если они нападут на твой дом с мечами в руках, как ты будешь защищать с_в_и_т_о_к?
   - Я убегу вместе с ним!
   - А если за тобой будет погоня и тебя загонят в угол?
   - Если потребуется, я буду сражаться, - ответил я. Есть принципы дороже самой жизни. Есть идеи, за которые стоит умереть.
   - Вот так начнутся В_о_й_н_ы за С_в_и_т_о_к, - старик вздохнул. - Доспехи, мечи, щиты и знамёна, лошади, пожары и кровь на мостовой. И войны эти будут не малыми. Тысячи истовых верующих придут тебе на подмогу. Десятки тысяч умных, ловких и смелых. Но принципы, заключеные в С_в_и_т_к_е, опасны для всех правителей. Десятки тысяч выступят.
   И тут я начал понимать то, что пытался сказать мне Леклерк.
   - Чтобы вы могли отличать своих от чужих, - продолжал он, - тебе понадобится особый знак. Какой выберешь ты? Что начертаешь на своих знаменах?
   Моё сердце застонало под тяжестью его слов, но я продолжал отстаивать свою правоту.
   - С_и_м_в_о_л С_в_е_т_а, - ответил я. - З_н_а_к О_г_н_я.
   - И будет так, - продолжал он эту ещё не написанную историю, - что Знак О_г_н_я встретит знак К_р_е_с_т_а на поле брани во Франции, и О_г_о_н_ь победит. Победа будет славной, и первые города знака К_р_е_с_т_а будут сожжены дотла твоим святым огнём. Но К_р_е_с_т объединится с П_о_л_у_м_е_с_я_ц_е_м, и их огромное войско вторгнется в твои пределы с юга, запада, востока и севера. Сотни тысяч воинов против твоих восьмидесяти тысяч.
   Пожалуйста, хотел я сказать, остановись. Я знал, что случится дальше.
   - И за каждого крестоносца, за каждого янычара, которого ты убьёшь, защищая свой дар, имя твоё возненавидят сотни. Их отцы и матери, жёны и дети, все их друзья возненавидят свиткиан и проклятый С_в_и_т_о_к, погубивший их возлюбленных, а свиткиане будут презирать всех христиан и проклятое распятие, всех мусульман и проклятый полумесяц за то, что они погубили их родных свиткиан.
   - Нет! - Вырвалось у меня. Каждое его слово было истинной правдой.
   - А во время священных войн появятся алтари и вознесутся к небу шпили соборов, увековечивающих величие С_в_и_т_к_а. И те, кто искал духовного роста и нового знания, найдёт вместо них тяготы новых предрассудков и новых ограничений: колокола и символы, правила и псалмы, церемонии, молитвы и одеяния, благовония и подношения золота. И тогда из сердца свиткианства уйдет любовь, и войдет в него золото. Золото, чтобы строить храмы, ещё краше прежних, золото, чтобы выковать новые мечи и обратить неверующих и спасти тем их души.
   - А когда умрёшь ты, П_е_р_в_ы_й Х_р_а_н_и_т_е_л_ь С_в_и_т_к_а, потребуется золото, дабы вознести на века лик твой. Появятся величественные статуи, огромные фрески и картины, воспевающие эту нашу встречу своим бессмертным искусством. Представь роскошный гобелен: здесь С_в_е_т, вот С_в_и_т_о_к, а там разверзлась твердыня неба и открылся путь в Р_а_й. Вот коленопреклонённый В_е_л_и_к_и_й Р_и_ч_а_р_д в сверкающих доспехах, вот прекрасный А_н_г_е_л М_у_д_р_о_с_т_и со С_в_я_щ_е_н_н_ы_м С_в_и_т_к_о_м в руках, а вот старый Леклерк у своего костерка в горах, свидетель явному чуду.
   “Нет! - Подумал я. - Это невозможно.”
   Но это было неизбежно.
   - Отдай в мир этот свиток и появится новая религия и ещё один клан священников, снова МЫ и снова ОНИ, и опять брат пойдет на брата. Не пройдёт и сотни лет, как ради слов, написанных здесь, погибнет миллион человек. А за тысячу лет - десятки миллионов. И всё ради этой бумажки.
   В его голосе не было ни горечи, ни сарказма, ни усталости от жизни. Жан Поль Леклерк был исполнен знанием, накопленным всей его жизнью, спокойным принятием того, что он в ней встретил.
   Лесли поёжилась.
   - Дать тебе куртку? - Спросил я.
   - Спасибо, дорогой, - сказала она, - мне не холодно.
   - Не холодно, - эхом отозвался Леклерк. Он вытащил из костра горящую веточку и поднёс её к золотистым страницам. - Это вас согреет.
   - Нет! - Я отдернул свиток. - Сжечь Истину?
   - Истина не горит. Она ждёт каждого, кто пожелает найти её, - ответил он.- Сгореть может только этот свиток. Выбор за вами. Хотите ли вы, чтобы Свиткианство стало новой религией в этом мире? - Он улыбнулся.
   - А вас объявят святыми...
   Я взглянул на Лесли, в её глазах, как и в моих, мелькнул ужас.
   Она взяла веточку из рук старца и подожгла края манускрипта. В моих руках распустился золотистый огненный цветок, я бросил его на землю.
   Свиток, догорая, вспыхнул и угас.
   

источник: Ричард Бах «Единственная», Глава 7 получена от: disciple

Оставить комментарий (12)    /   Отправить другу

Пожалуйста: при копировании притчи "Легенда о свитке" с данного сайта, делайте ссылку на наш сайт или на автора (если имеется)

случайная притча
Новые притчи
Безнадёжная
Притча о слезах вели...
Магазин мужей и жен
Главное - набрать раз...
Растопите лед
Притча о богатстве
Притча про ложку и ра...
Любовь и достоинства
Верующая женщина
Вода мудрости
30 последних.. 
добавить притчу

Притча: Легенда о свитке
Copyright 2003-2010. Сайт: Притчи Автор: Андрей Поддержка: Castle.by
Rambler's Top100