Неизвестно где и неизвестно когда, но точно известно, что жил был заяц. Самый обыкновенный, самый, что ни есть заурядный косой, разве, что чуть-чуть более наблюдательный и более эмоциональный, чем другие зайцы. Жил себе и жил бы дальше, но дело в том, что в силу своей наблюдательности и особенно эмоциональности, видя какие заботы обременяют жизнь его сородичей, он не находил себе покоя, днями и ночами размышляя над бренностью заячьей жизни и над той несправедливостью, которая эту жизнь преследовала в лице волков, лис и им подобных.
Как-то раз, бродя по лесу, он молил всевышнего о помощи в избавлении своих сородичей от тех опасностей, которые были неизменными спутниками их жизни. И как ни странно, всевышний его услышал.
Подойдя в молитве к развилке трех тропинок, он увидел большую каменную глыбу, на которой было написано:
"Прямо пойдешь - сильным зайцем станешь, себе и племени своему неоценимую услугу окажешь. Направо пойдешь - волком станешь, польза будет тебе, но собратьям своим много неприятностей принесешь. Налево пойдешь - львом станешь, огромную пользу себе найдешь, но роду своему принесешь много горя"
Прочитал все это заяц и задумался.
-Ну, какая польза от того, что я стану сильным зайцем? Заяц - он и есть заяц. Любой паршивый волк или дохлая лиса сожрут меня, не выплевывая даже моих косточек. Разве это дело?
Предположим, стану я волком. Не вижу, какие бы неприятности я принес своим сородичам. Даже наоборот. Я стал бы их защищать от лис и тех же волков. Да, но ведь есть звери и пострашнее лисы с волком. И что тогда? Нет, это не дело.
Надо непременно становиться львом, и это уже совсем другое дело. Я буду царем зверей, и тогда уж моему племени точно никто и ничто не посмеет угрожать. Уж я то об этом позабочусь. Пусть кто-нибудь только подумает их пальцем тронуть. А с горем тут явно, что-то напутано.
И пошел заяц налево. Шел он шел и постепенно превращался в царя зверей, но по мере своего удивительного превращения, он стал забывать о заботах своих бедных собратьев. Когда же, наконец, он полностью превратился во льва, то и вовсе забыл почти, что все: кем был, чем жил и как стал, тем, кем стал. Но это было еще полбеды, другая же половина заключалась в том, что он был очень голоден и не забыл дорогу в заячий стан…
